глава 21

Мы с тобой трахались?

– Мы с тобой трахались? – спросила дама преклонных лет в строгом вечернем платье.

Я вздрогнул от неожиданности и поперхнулся от вопроса в лоб:

– Нет.

– Странно. Лицо вроде бы знакомо. Как зовут?

– Роман.

– Хм–м. И имя знакомое. Чем занимаешься?

От тупых вопросов в лоб я пришел в замешательство. Дама спрашивала, будто стреляла из автомата. Бесстрастно и точно в цель. Впрочем, потихоньку собрался с мыслями и на вопрос о роде занятий ответил не привычной фразой: «так, всем помаленьку», а Жориной подсказкой.

– Продюсирую.

– Правда? – дама на пару–тройку секунд задумалась, видимо перезаряжаясь.

Я пришел в себя, рассмотрел лицо в ярком макияже, копну рыжих волос, ладное тело с выпуклостями и округлостями, сразу узнал ее, но на всякий случай спросил:

– А вас как зовут?

– Вероника. Можно, просто Рика. Не Ника, и не Вика, а именно Рика. Запомнил?

Ну конечно. Я ее узнал, пусть не сразу. Передо мной стояла Вероника Сергеевна, имевшая когда–то виды на мои джинсы, а потом полгода певшая в «Тереме». Сомнений нет, какое событие она праздновала здесь. Тот же самый юбилей, что и я, и пэтэушники. Мне на секунду показалось, что за ее спиной маячат Кирилл с Вадимом.

Точно!

Оба стояли у стенки, употребляли алкоголь чайного цвета из больших фужеров. Я махнул им рукой. Они то ли не заметили меня, то ли сделали вид, что не замечают. Я проследил за их взглядами и увидел Чичу, валявшегося без чувств на диване. Его тискала полуголая девица, вызывавшая тонну интереса со стороны Вадика. Кажется, тот хотел оказаться на месте Чичи, но не решался. Вероника взяла меня под локоть и снова завладела моим вниманием:

– Ну, что? Поебемся?

Я неопределенно мотнул головой по диагонали. Вероника повлекла меня к лестнице.

Мы поднялись на третий этаж и вошли в небольшую темную комнату. С горячим шепотом «Я многое умею» Вероника захлопнула дверь и набросилась на меня. Кажется, я принял участие в тесте на выносливость и в конкурсе на изобретательность. Показалось, что попал в джунгли, где жар тела и лихорадка разума не дают успокоиться ни на минуту. Какие–то запредельные ощущения испытал во время секса, длившегося то ли пять минут, то ли пять часов. Ничего не соображая, теряя связь с реальностью, я решительно нырнул в омут, о котором мечтал одинокими вечерами.

Не то!

Это был жесткий секс, ни в одно мгновение не сравнимый с чувством, испытанным однажды. За фразой «я многое умею» прятался колоссальный опыт доставления и получения физиологических удовольствий. Каждое движение, каждая позиция выталкивали как–будто бы на новую ступень наслаждения, но в голове не прекращало нудеть: «и это не сравнится с тем, что ты хочешь». Это была калька случившейся однажды любви. Наверное, я был слишком контужен видением, давным–давно предоставленным в минутное владение.

С другой стороны, секс с Вероникой стал значительным шагом вперед по сравнению с профессионалками, которые отрабатывали плату. Рика трахала меня ради собственных ощущений. Я был инструментом для получения удовольствий, таким же, как любой другой мужик. Оп! А где Чича? Она же с ним жила? А если он узнает? Что будет?!!!

Я забеспокоился.

Секс был хорош, но не настолько, чтобы рисковать жизнью. Чича совсем с катушек съехал и мог сотворить со мной любое недоразумение. Со слов Жоры, Чича ставил на носовой полости эксперименты со всеми известными и неизвестными науке порошками и, похоже, тронулся умом. По прежнему в моей разнесчастной жизни все было не так, как хотелось.


назад
Житие в самолетах и пансионатах
вперед
Утром лежали в развороченной кровати